Страстная неделя. Тайная вечеря


Агнец, которого вкушали иудеи за своей пасхальной трапезой, был двуединой жертвой Богу: благодарственной — за избавление от египетского рабства и просительной — в умилостивление за грехи народа.
Принцип жертвы исходит из прекрасной способности человека отдавать что-то другому, дарить или добровольно уступать. Древние приносили жертву Богу в благодарность за Его благодеяния: за хороший урожай, за удачное путешествие или за рождение первенца. Но жертва приносилась также и в умилостивление за грех, ибо преступивший закон испытывал потребность в получении прощения от Бога и жертвовал Ему в знак своего раскаяния.
О ветхозаветной жертве мы узнаем буквально с первых страниц Библии. Так, дети первых людей, Каин и Авель, приносят Богу плоды своих трудов и жертвенных животных.
Принося жертву, древние считали, что закаолаемое животное становится собственностью Бога, и потому прикосновение к этой жертве, а тем более ее вкушение означало для них вхождение в непосредственное общение с Богом. В центре еврейской Пасхи — воспоминание о том, как Бог повелел принести Ему в жертву перворожденных ягнят в день Исхода израильтян из Египта. Кровью жертвенных агнцев сынам Авраамовым надлежало помазать дверные косяки своих домов, дабы карающий Ангел Господень, истреблявший египетских первенцев, обошел эти жилища стороной. В память об этом событии была учреждена еврейская пасхальная трапеза. И потому в праздник Пасхи каждая благочестивая иудейская семья отправлялась в Иерусалим для того, чтобы принести в храм ягненка без изъянов, не моложе восьми дней и не старше трех лет. Священники закалывали жертвенное животное, не сокрушив ни единой кости, а затем проливали его кровь вкруг жертвенника. Приносимого агнца зажаривали на огне, а некоторые части сжигали на самом жертвеннике. Мясо же отдавали тому, кто приносил жертву. С этим освященным агнцем древние иудеи возвращались в свои дома и торжественно вкушали его за пасхальной трапезой.
Спаситель, совершая Пасху в обществе учеников, дважды отошел от принятого ритуала: когда смиренно умыл ноги ученикам Своим и когда вложил совершенно новый смысл в те благословения, которые традиционно произносились перед вкушением хлеба и вина. Взяв в руки хлеб и подавая его ученикам, Господь произнес удивительные слова: «Приимите, ядите: сие есть Тело Мое» (Мф. 26. 26. См. также: Мк. 14. 22. Лк. 22. 19).
А в заключение вечери, когда полагалось испить последнюю чашу, над которой также должно было произноситься традиционное благословение, Спаситель вновь отступил от всем известного обычая и, взяв чашу, произнес: «Пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая во оставление грехов» (Мф. 26. 27–28. См. также: Мк. 14. 23-24. Лк. 22. 20).
Эти таинственные слова Спасителя означали, что Он есть Агнец, Пасхальная Жертва Богу. Он — «новая Пасха», как говорится в одном замечательном предпасхальном православном молитвословии. Он — Жертва Живая, Агнец Божий, взявший на Себя грехи мира.
Действие Спасителя за этой пасхальной вечерей было таинственным, до конца не понятым учениками. Поэтому в христианском Предании эта трапеза и именуется Тайной вечерей. Но, вероятно, таинство, впервые совершившееся на глазах учеников, помогло им уяснить смысл слов, сказанных Иисусом ровно год назад, во время Пасхи в Галилее: «Я есмь хлеб, сшедший с небес... Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день. Ибо Плоть Моя истинно есть пища, и Кровь Моя истинно есть питие. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем» (Ин. 6. 41, 54–56).
То, что тогда представлялось ученикам загадочным и непонятным, ныне обретало великий смысл. Им открылось, каким образом они могут вкушать Тело и Кровь Христовы и какое значение заключено в этом приобщении. Ведь Иисус есть Агнец, приносимый в жертву, и, следовательно, всякий, желающий соединения с Богом, должен принять благословенные Тело и Кровь Агнца. Однако совершенно очевидно, что вкушать плоть и кровь человеческую невозможно. Благословив на Тайной вечере хлеб и вино, Господь провозглашает, что этот Хлеб и это Вино суть Его Тело и Его Кровь. Тем самым Спаситель свидетельствует, что вкусивший их подлинно приобщается Его Тела и Его Крови, соединяясь с жертвой, которую Он совершил. А вкушающий жертвенное соединяется с Богом. Значит, вкушение Хлеба и Вина, благословленных Иисусом на Тайной вечере, означало для Его учеников вкушение жертвенного. И через это вкушение — соединение со Христом, Господом и Богом.
В Евангелии от Луки мы встречаем слова, которых не находим в соответствующих текстах евангелистов Марка и Матфея. Благословив хлеб, Господь, обращаясь к ученикам, говорит: «Сие творите в Мое воспоминание» (Лк. 22. 19).
Это означает, что Таинство Тела и Крови, совершенное в Сионской горнице Христом, не должно было остаться единичным событием. Этому таинству надлежало продолжиться в истории, и совершать его должны были апостолы, участвовавшие в Тайной вечере и призванные «сие творить в воспоминание» Спасителя.
Дальнейшее совершение Таинства будет означать, что всякое новое поколение людей сможет приобщаться спасительных Тела и Крови Господа, единожды принесшего Себя в жертву за грехи мира. Через это приобщение обновляющееся человечество во все времена получит возможность соучаствовать в жертве Спасителя, как соучаствовали в ней святые апостолы в четверг Тайной вечери. Поэтому Церковь Христова свидетельствует и утверждает, что в Свою последнюю Пасху Господь совершил не единичный акт освящения хлеба и вина, но установил Таинство, которому было назначено продолжаться в истории и служить приобщению людей великой Жертве Спасения. В Церкви это приобщение именуется Евхаристией (Благодарением) — Таинством Святого Причащения, которое, по словам преподобного Исидора Пелусиота, «дарует нам единение со Христом и делает нас соучастниками Царства Его