Религия

Электронные СМИ

Сайт "Ислам и общество": "В среде военного духовенства не должно быть места радикалам"

11 декабря в Общественной палате Российской Федерации состоялись слушания на тему "Священнослужители в армии: состояние и перспективы становления службы по работе с верующими в войсках, воинских формированиях и органах". В активном обсуждении рассматриваемой проблемы принял участие член Общественной палаты РФ, президент ИАЦ "Религия и общество" Алексей Гришин, с текстом выступления которого мы знакомим читателей


Когда я учился в Военном Краснознаменном Институте Министерства обороны СССР (ныне Военный Университет), а также в Академии Генерального Штаба наши начальники и воспитатели совершенно правильно учили нас тому, что "Идея – это половина успеха", что только понятная, хорошо сформулированная идея способна создать мотивацию военнослужащему стойко переносить тяготы и лишения, даже жертвовать своей жизнью.

В настоящее время, когда у нас практически нет идеологии, в войсках тяжело вести политическую и воспитательную работу, объяснять молодым людям, что они защищают свое Отечество. Особенно в условиях, когда Родина безнаказанно дает возможность отдельным лицам, возомнившим себя "хозяевами жизни", творить беззаконие, совершать безнравственные поступки.

Сегодня введение института военных священников, у истоков создания которого я в свое время стоял, частично спасает ситуацию. Священник в условиях отсутствия идеологии принимает на себя стержневую задачу – создание мотивации на самопожертвование. Священнослужители становятся надежным партнером командиров и офицеров по воспитательной работе, способны удовлетворить многие духовно-нравственные потребности воинских коллективов, оказать серьезную моральную поддержку военнослужащим.

Однако, как мне представляется, многие из нас находятся в некоей эйфории от введения института военных священников. А проблем там очень много. Начальник управления по работе с верующими военнослужащими Б.М.Лукичев говорил о трудностях с назначениями и т.д. Я же хочу заострить ваше внимание на попытки проникновения в армию радикальных религиозных течений и сект. Прежде всего, радикалов, преступно использующих Ислам. Они сегодня ведут борьбу за завоевание позиций в школах, вузах, даже тюрьмах. То есть за те объекты, где много молодых людей, и где можно развернуть вербовочную работу среди молодежи. По понятным причинам рвутся они и в армию. В своих целях они пытаются активно использовать создаваемые структуры, внедрить туда своих людей. И если с Русской Православной Церковью в этом смысле легче работать, так как у них имеется жесткая иерархичная система, способная противостоять любым проявлениям отступничества, то с Исламом все значительно сложнее.

Я прошу очень серьезно и внимательно отнестись к моим словам представителей силовых структур. Девять лет я возглавлял в Администрации Президента Российской Федерации направление по взаимодействию с мусульманскими религиозными организациями и скажу, что российский Ислам не един. К сожалению можно признать, что российский Ислам подвергся экстремистской атаке, в результате которой официальные структуры некоторых официальных мусульманских религиозных организаций оказались захваченными радикальными элементами. Сегодня уже не всё в российском Исламе то, что официально зарегистрировано – это лояльно государству. Закон о свободе совести и религиозных объединениях позволяет легко регистрировать муфтияты. По нему могут собраться десять человек, предоставить свои паспорта и создать местную религиозную организацию. А три такие организации могут выбрать своего муфтия и создать муфтият. И нет никакой гарантии, что выбранный таким образом священнослужитель не будет проповедовать радикальный Ислам. Экстремисты и идут таким путем, они пытаются как можно шире завоевать официальные позиции и с них атаковать устои нашего государства. Армия, с учетом того, что это вооруженная сила, является особым объектом их интересов.

В качестве одной из основных таких мусульманских организаций, на словах провозглашающих полную поддержку руководству страны, но в делах занимающую прямо противоположную позицию является Совет муфтиев России, руководитель – Равиль Гайнутдин. Сегодня наметился явный крен СМР в сторону экстремизма. Приведу лишь некоторые факты в подтверждение своего тезиса:

- из рядов СМР вышли известные террористы, лидеры бандподполья С.Бурятский, А.Мантаев, Я.Расулов и многие другие. Не ясна до конца роль медресе "Аль-Фуркан" в Бугуруслане, которой фактически руководил сопредседатель СМР И.Шангареев, в теракте в Беслане. По некоторым данным, опубликованным в СМИ, там были уничтожены от шести до 10 выпускников этого медресе;

- от руководителей СМР (муфтии Н.Аширов, М.Бибарсов, Р.Халикова) и их СМИ идут попытки защиты и оправдания экстремистов в судах;

- руководство СМР постоянно апеллирует к различным посольствам и зарубежным организациям с тезисом о нарушении в России прав мусульман;

- несколько материалов, если мне не изменяет память - три материала пропагандистского характера, авторами которых были руководители СМР, запрещены судами Российской Федерации;

- Верховным судом России за мошенничество и финансовые махинации ликвидировано общественное крыло Совета муфтиев России – Исламский культурный центр (руководитель – А.Ниязов);

- сопредседатель СМР М.Бибарсов провел у себя в Саратове съезд запрещенной организации "Таблиги Джамаат", а Н.Аширов имеет богатый криминальный опыт, не один раз побывав в местах лишения свободы;

- и наконец, ректором Московского исламского университета при странных обстоятельствах, очень похожих на рейдерский силовой захват, с угрозами физической расправы в адрес бывшей администрации, стал недавний сотрудник исламского отдела посольства Саудовской Аравии в Москве (работал там семь лет) Д.Хайретдинов. В свое время он получал образование в КСА, но не завершил его там. Именно поэтому, сразу после прихода к власти в МИУ новоиспеченный ректор заявил о том, что не видит необходимости в становлении системы российского исламского образования, а специалистов можно готовить за рубежом, прежде всего в Саудовской Аравии.

Вот такие у нас под боком "патриоты". Как говориться, негде пробу ставить. Однако, чиновникам тяжело порой разобраться, кто из имамов и муфтиев – традиционный, а кто – радикальный. Повсеместно не хватает специалистов. Поэтому представителей СМР продолжают везде приглашать, ведь внешне они выглядят благопристойно. Именно поэтому, когда вы будете привлекать к работе имамов, очень важно понимать, кого именно вы привлекаете.

Наш Информационно-аналитический центр "Религия и общество" провел громадные исследования и сегодня мы можем ответственно рекомендовать для работы в силовых структурах и ВС РФ крупнейшие мусульманские организации России – Центральное духовное управление мусульман России (руководитель – Т.Таджуддин) и Координационный центр мусульман Северного Кавказа (руководитель – И.Бердиев) и их подразделения.

Сегодня представитель Московского исламского университета, о котором я уже говорил выше предложил привлекать солдат срочной службы, которые закончили исламские вузы к практической работе в войсках в качестве имамов. Я считаю, что это категорически нельзя делать. Это ровно то, чего добиваются экстремисты и радикалы. Нельзя непроверенных лиц непонятной религиозной ориентации только из-за наличия у них каких-то документов об окончании религиозных учебных заведений допускать до идеологической работы с военнослужащими. Помните, что военнослужащий вооружен, а что ему могут наговорить псевдо имамы, какие религиозные или иные чувства возбудить неизвестно.

Поэтому работать необходимо только с традиционными партнерами государства, с лицами, утвержденными для этой работы центральным аппаратом ЦДУМ или КЦМСК.



12 декабря 2012 г.

Версия для печати

На главную страницу