|
Печатные СМИ
|
 |
|
05 сентября 2012 года"НОВАЯ ГАЗЕТА": "Мирная проповедь и ее аудитория"
Материя религиозной жизни в Дагестане очень замысловато соткана. Гораздо более сложно, чем кажется сторонникам прямолинейной идеи пройтись по республике огнем и мечом
Со дня убийства духовного лидера суфиев шейха Саида Афанди Чиркейского прошло уже больше недели.
Восемь дней назад в дом к шейху пришла смертница и привела в действие "пояс шахида". Помимо Саида Афанди погибло еще 6 человек, находившихся на тот момент в комнате.
Последствия этого громкого убийства уже дают о себе знать.
Представители различных религиозных течений публично обвиняют друг друга в лицемерии, но в мечетях раздаются листовки с призывом "ко всем исламским джамаатам" "не поддаваться на провокации и не доводить дело до физических расправ".
Пока не ясно, по какому пути дальше пойдет Дагестан. Будет ли это путь крови или путь примирения? Сегодня это зависит от каждого дагестанца.
Вооруженный конфликт в Дагестане более, чем в других республиках Северного Кавказа, завязан на религии. Так было всегда: исторически Дагестан - самый религиозный регион Кавказа, с множеством исламских течений и школ, уничтожить которые не удалось даже советской власти: в горных селах действовали мечети и подпольно изучались богословские книги.
В конце 90-х государственная власть сделала своей опорой суфийское течение в исламе, представители которого все 2000-е с успехом противостояли фундаментализму, "чтобы Дагестан не превратился во вторую Чечню". Однако за последние годы влияние суфизма на верующих сильно поубавилось.
В марте 2011 года сотрудниками Министерства по национальной политике, делам религий и внешним связям Республики Дагестан под грифом "Секретно" была подготовлена аналитическая записка "О наиболее острых проблемах религиозной сферы Республики Дагестан". В ней, кроме прочего, говорится:
"В последние годы, несмотря на значительные возможности ДУМД* по распространению своего влияния в республике, объединения вокруг единого управления не происходит, и единства в исламской общине Дагестана по-прежнему нет. У ДУМД остаются проблемы с расширением своего влияния на многие районы региона".
Основную причину этого авторы записки видят в следующем:
"Активная кампания ДУМД по распространению влияния С. Ацаева (шейха Саида Афанди ) и его мюридов**, пропаганде тариката*** как единственного верного пути в исламе приводит не только к противопоставлению людей по линии следования за тем или иным шейхом, но и по линии следования или не следования тарикату вообще.
По нашим сведениям, в некоторых селах, где сильны позиции указанного шейха, происходит разделение людей на его мюридов и тех, кто не принял тарикат. Причем раскол идет и среди родственников, и среди друзей. Доходит до того, что мюриды не здороваются, не выражают соболезнований землякам, если они не являются последователями их шейха. Происходит формирование общественного мнения, враждебного к ним. Эти же процессы можно наблюдать и в городской верующей среде.
Кроме того, внутренняя борьба ослабляет позиции традиционного духовенства в борьбе с идеологией ваххабизма. Отношение исламского официального духовенства к данной проблеме резко изменилось, идет и расширяется критика в адрес Президента и государственных структур. После объединения усилий Духовного Управления с реальными силами государственных органов уже не стало возможным окончательно победить эпидемию чумы с религиозной окраской".
Далее приводится подробный анализ "болезней" ДУМД - от "низкого уровня исламского образования" до "внутренних интриг" и "все увеличивающихся денежных потоков", которые идут в Духовное управление из различных источников. В связи с этим авторы доклада рекомендуют подбирать новых духовных лидеров, начинать постепенное реформирование Духовного управления.
Записка была подготовлена для первых лиц республики, но затем ушла "выше" - в администрацию президента РФ. За все годы сотрудничества с властью это был самый серьезный "наезд" на Духовное управление Дагестана, которое более чем на 80% подчинялось Саиду Афанди.
Еще раз напомню: записка была подготовлена в марте 2011 года. Уже в августе в отставку с поста советника УВП администрации президента РФ был отправлен Алексей Гришин, который в кремлевской администрации курировал "взаимодействие госорганов с исламскими организациями". С его отставкой прекратилось и перечисление ежегодных траншей в ДУМД на "борьбу с ваххабизмом".
В декабре 2011 года из администрации президента в правительство уходит Владислав Сурков, человек, который курировал медведевский "мирный" проект в Дагестане (под патронажем генералов ФСБ, вахтовым методом навещавших республику).
Именно в рамках этого проекта в республике была легализована общественная организация "Ахлю сунна", объединившая духовных лидеров умеренных салафитов. (Долгое время официальная позиция в отношении салафитов была такова, что их фактически приравнивали к экстремистам, власти их деятельность официально не признавали и всеми силами притесняли.)
Затем начали проводиться круглые столы о мире и конфессиональном согласии с участием советников Медведева, был созван Съезд народов Дагестана, сформированы комиссии по "адаптации боевиков" к мирной жизни.
Вот на этой волне муфтий Дагестана Ахмад-хаджи Абдуллаев и выступил с инициативой мирного диалога с салафитами, который благословил Саид Афанди.
Проводились частные встречи и консультации, и в апреле 2012 года была принята резолюция, некий пакт о ненападении: ДУМД признавал "ошибки прошлых лет", наличие умеренных салафитов и выражал готовность вести с ними переговоры. Однако власти - как республиканские, так и федеральные - узнали о перемирии уже постфактум: сторонники противоборствующих течений в исламе с успехом договаривались сами. Но в этот момент "концепция" государства по данному вопросу поменялась.
В марте 2012-го новым президентом был избран Владимир Путин, и все "мирные" инициативы Медведева стали спускаться на тормозах, Суркова окончательно отодвинули от Кавказа, оставив ему право заниматься "имиджем РПЦ", а в Дагестан ввели дополнительный контингент войск.
В этих исторических обстоятельствах смертница и пришла в дом к шейху.
На следующий день на одном из сайтов боевиков появилось сообщение, в котором отрицалась причастность "лесных" к теракту. Однако спустя три дня на другом сайте ответственность за теракт в селении Чиркей взяли на себя представители батальона смерников "Риядус салихин". (Еще вопрос: как установить, кем наполняются такие важные источники информации, как сайты боевиков, и какому сайту "доверять" можно, а какому нет?)
Помимо этого боевики выступили с жесткой отповедью членам "Ахлю сунна": "Вы преступили все границы". К братьям по вере три претензии: они выступают против насилия в условиях оборонительного джихада, объявленного "лесными"; не берут в руки оружие; ведут переговоры с ДУМД.
Именно тут проходит четкая граница между умеренными салафитами и радикалами, и разделяет ее автомат. Одни считают, что в республике есть место для мирной проповеди и показывают это в лекциях, популярность которых среди молодежи постоянно растет. Другие же не видят для утверждения своего духовного пути иного способа, кроме войны с государством, отстрела чиновников, силовиков и общественных деятелей. Материя религиозной жизни в Дагестане очень замысловато соткана. Гораздо более сложно, чем это кажется сторонникам прямолинейной идеи пройтись огнем и мечом по общинам, отделяя "правильных" верующих от "неправильных".
Следует четко понимать: за те 14 лет, пока мы спонсировали "борьбу с ваххабизмом" и оправдывали любое беззаконие силовиков противостоянием террористической угрозе, в республике выросло целое поколение умеренных салафитов. Они ведут свой бизнес, получают образование за границей и следуют своим духовным лидерам. Не замечать их существования уже не получится. С ними можно и нужно разговаривать. В этих условиях ставить умеренную салафитскую общину вне закона - значит санкционировать резню практически в каждом дагестанском селении. Кто от этого выиграет?
Только "Имарат Кавказ".
* Духовное управление мусульман Республики Дагестан.
** Последователей.
*** Духовный путь.
P.S. В день теракта в селении Чиркей ассоциация ученых "Ахлю сунна" выразила соболезнование родственникам и близким погибших и в очередной раз подчеркнула свою принципиальную позицию: все разногласия можно и нужно решать в научном диспуте.
Официального заявления ДУМД после гибели Саида Афанди не было. Я знаю, что в одной частной беседе муфтий Дагестана дал понять: это сделали те люди, которые хотят посеять смуту. Его точка зрения во многом отражена и в листовках, которые раздаются в суфийских мечетях Махачкалы и адресованы ко всем мусульманским общинам:
"Убийство Саида Афанди аль Чиркави является политической провокацией, которая окончательно может стравить между собой мусульман Дагестана и довести до полномасштабной гражданской войны в регионе...
Братья, будьте бдительны и осторожны, не давайте волю чувствам. Скорее всего, это не последнее убийство известного и уважаемого человека в Дагестане... для того чтобы раскол среди мусульман дошел до физических расправ между собой. Но нельзя врагам Аллаха позволить достичь своих подлых целей".
В последние дни в Дагестане были озвучены и другие позиции - но они в данной ситуации не более чем личное мнение. Порой и с перехлестом.
Ирина ГОРДИЕНКО
5 сентября 2012 г. |
