|
Печатные СМИ
|
 |
|
09 февраля 2017 года"НЕЗАВИСИМАЯ ГАЗЕТА": "Византийские вкрапления. По календарю перекрестный Год России и Греции завершился, а в Третьяковской галерее - продолжается"
Открывшаяся рядом с залами древнерусского искусства постоянной экспозиции ГТГ выставка в 18 предметов названа с эпическим размахом - "Шедевры Византии". Не так уж удивительно с учетом того, что в соседнем Инженерном корпусе еще идет показ "Шедевры Пинакотеки Ватикана" из 42 картин (см. "НГ" от 28.11.16). Недавно министр культуры Владимир Мединский радовался, что ретроспективы Валентина Серова и Ивана Айвазовского в Третьяковской галерее и выставку "Византия сквозь века" в Эрмитаже "в общей сложности посетило около 1,6 млн зрителей", в том числе около полумиллиона - посвященную Византии экспозицию, а все три проекта принесли музеям 1 млрд руб. внебюджетных средств. В Эрмитаже был другой масштабный проект, но часть экспонатов оттуда, вернувшись сперва в Грецию, сейчас приехала в Третьяковку.
Византийская империя закончилась с падением Константинополя в 1453 году, началась - в 395-м с разделением Римской империи на Западную и Восточную. Особенности художественного языка Византийской империи историки искусства выделяют примерно с начала VI века. "Шедевры Византии" - выставку курирует Елена Саенкова - показывают памятники X - начала XVI века, начиная с лаконичного серебряного процессионного креста X века и завершая иконой начала XVI века "Иоанн Предтеча Ангел пустыни", то есть захватывая и поствизантийский период. Двенадцать икон, две иллюминированные рукописи и литургические предметы прибыли из Византийского и христианского музея, Музея Бенаки и частных собраний. Это третий совместный с Грецией проект Третьяковки в рамках перекрестного года - в 2016-м ГТГ возила в Афины свои произведения.
Экспликации здесь весьма лаконичные, хотя когда речь идет о религиозном, связанном с иконографическими и символическими деталями искусстве, с разными школами иконописи, интересно было бы прочесть более развернутые комментарии. Привезенные произведения - скорее как разрозненные фрагменты, целостное впечатление по ним составить едва ли возможно. Но здесь есть любопытные моменты, скажем, деревянный рельеф XIII века со св. Георгием с житийными сценами. Если византийская иконопись повлияла, например, на раннеитальянскую живопись Джотто, Дуччо и других мастеров, то и западноевропейская традиция вовсе не осталась для Византии незамеченной. И резной деревянный Георгий как раз из таких примеров (резьба по дереву не была распространена в Византии, скорее - резьба по слоновой кости, правда, таких образцов на выставке нет).
Половина из представленных икон - с Богоматерью и младенцем в основном XIV - первой половины XV века, периода Палеологовского возрождения (1261-1453), когда вновь о себе заявили эллинистические традиции. Это и иконографический тип Одигитрии ("путеводительницы"), когда младенец, сидящий на руках у Марии, одной рукой благословляет, в другой держит свиток - так изображено появление Христа как Небесного царя и судьи. И другая распространенная типология - Елеуса ("милостивая", или Богоматерь Умиления - та же иконография, что и в знаменитой Богоматери Владимирской из собрания Третьяковки) с ее вариацией - Гликофилуса ("сладколобзающая"), когда младенец прижимается к щеке Марии, а его будущая жертва рассматривается в качестве высшего проявления любви к людям. На выставке есть и менее распространенный извод Гликофилусы - Богоматерь Кардиотиса начала XV века. По подписи известно даже имя изографа - Ангелос Акотантос с Крита с тонкой, плавной живописью. У него младенец представлен словно играющим с матерью, он вот-вот ее обнимет, и экспрессия жеста поддержана небольшой деталью - слетевшей с детской ножки сандалией.
Но одна из самых необычных здесь икон - и по иконографии, и по письму - более ранняя "Богоматерь с младенцем" начала XIII века, предположительно кипрского мастера. Написанная на хрупком серебряном (и потому сильно потертом) фоне, она не очень хорошо сохранилась, но создана по-своему необычно: с красными контурами на ликах, сверх того у Марии на веках моделировки идут тремя яркими цветными линиями. Но главное - иконография. На просьбу "НГ" рассказать о произведении подробнее научный сотрудник отдела древнерусского искусства ГТГ Галина Сидоренко пояснила, что "это вообще-то уникальная икона", ее можно сравнить с иконографией Богоматери Шуйской, когда у младенца одна нога приподнята, а рука Богоматери закрывает его пятку. "На Руси самая ранняя такая икона известна от XV века, она находилась в Благовещенском соборе Московского Кремля и, по всей видимости, была привезена Софьей Палеолог. Икона Богоматери Шуйской получила особое почитание в XVII веке, с ней связано чудо спасения города Шуя, царского села, от мора. "Согласно легенде, во время мора жители города попросили иконописца написать Одигитрию, что он и сделал. Но наутро увидел, что на его иконе ноги младенца оказались так необычно поставлены, и отправился к настоятелю оправдываться. Он переписывал икону, однако на ней опять появлялись изменения. В конце концов настоятель разрешил оставить, как хочет Богоматерь. "Таким образом, - говорит Сидоренко, - иконография Богоматери Шуйской относится к XVII веку, но на Руси у нее есть протограф XV века, а привезенная сейчас на выставку икона XIII века - хотя здесь несколько другое положение ног, но все-таки уже ножки скрещены и одна приподнята, - является знаком того, что и в византийском искусстве эта иконография существовала". Символически, по словам Галины Сидоренко, жест Богородицы, закрывающей пятку, связан с Апокалипсисом, когда пятку Христа прикрывают, чтобы в нее не попало жало змеи. Эта икона, к слову, была и на большой византийской выставке в Эрмитаже.
Дарья КУРДЮКОВА
9 февраля 2017 г. |
