|
Печатные СМИ
|
 |
|
16 января 2019 года"НГ-РЕЛИГИИ": "Всеволод Чаплин - о финансах Московского патриархата. Дискуссия о бюджетах церковных структур поднялась из блогосферы в официальные доклады"
Доживем ли мы до открытости церковных бюджетов разных уровней? Еще недавно многие были убеждены: нет. Когда-то на одном из церковных совещаний я спросил: почему бы не вернуться к практике 1990-х годов, когда бюджетные вопросы обсуждались на Архиерейских соборах? Ответом были испуганные смешки и потупленные взгляды. Чуть позднее тех, кто ставил этот вопрос, отождествляли чуть ли не с врагами церкви. Когда три года назад я опубликовал на Change.org обращение к Архиерейскому собору на бюджетную тему, подписалось лишь чуть более 300 человек - капля в море. И многие потом говорили мне: "Правильно, но бесполезно, ничего не изменится".
Впрочем, ни одного разумного аргумента против открытости ни разу не прозвучало. Ведь церковь – не банк, не спецслужба и не Министерство обороны, чтобы хранить коммерческую или государственную тайну. Тем более от своих членов – епископов, священников, мирян, которые и наполняют общецерковный бюджет. Это понимают и некоторые иерархи. Дискуссию мощно простимулировали слова митрополита Тихона (Шевкунова) на псковском епархиальном собрании: "Прозрачность и честность церковной бухгалтерии не просто необходимы, но и могут быть хорошим поводом для проповеди Евангелия: люди будут доверять церкви, видя, что здесь ведется строгий и честный учет средств – поступивших и потраченных".
К сожалению, менее замеченным оказалось сообщение патриарха Кирилла на епархиальном собрании Москвы, озвученное отдельно от доклада и отдельно же опубликованное на официальном сайте Московского патриархата. Был приведен перечень расходов, осуществленных в прошлом году за счет взносов на общецерковные нужды, поступивших в патриархию от храмов города Москвы, ставропигиальных монастырей и подворий. Речь идет о полном или частичном финансировании деятельности Московской патриархии, четырех духовных школ – Московской, Санкт-Петербургской, Смоленской, Общецерковной аспирантуры и докторантуры, – а также 11 синодальных учреждений, больницы святителя Алексия, телеканала "Спас" и программы строительства новых московских храмов. Оказывалась помощь многодетным священнослужителям и иным церковным работникам, "обычным" родителям с большим количеством детей, пенсионерам и вдовам "духовного сословия". В приложении к докладу приведены конкретные цифры благотворительных пожертвований. Публикация всех этих сведений не вызвала никакой деструктивной дискуссии – а именно ею периодически пугали сторонники закрытости.
Будем надеяться, что скоро станут известны и финансовые параметры деятельности Псковской епархии, и пропорции затрат общецерковного бюджета. Коль уж о них пошла речь на епархиальном собрании, странным будет игнорировать данную тему на Архиерейском соборе, в обязанности которого, согласно Уставу Русской православной церкви, входит "рассмотрение докладов по финансовым вопросам, представляемых Священным синодом, и одобрение принципов планирования предстоящих общецерковных доходов и расходов" (гл. III, п. 5с).
Пропорции даже важнее, чем конкретные цифры. И нет смысла скрывать того, что на "статусную" деятельность могут тратиться немалые средства. И в церкви, и в беспристрастной части светского общества прекрасно понимают: иногда нужно на достойном уровне принять иностранную делегацию, обеспечить зарубежный визит, изготовить в "Софрино" подарки гостям. Православным прихожанам обычно бывает стыдно, если у их священника облачение намного хуже, чем в соседнем храме. Я тоже не хотел бы, чтобы у нашего патриарха резиденция была убогой по сравнению, например, с покоями какого-либо из муфтиев постсоветских стран. В конце концов это не только "вопрос престижа", а показатель степени нашей заботы о собственных духовных лидерах, о своей церкви. Приходится, увы, заботиться и о безопасности, что также требует все возрастающих расходов.
Нехитрые подсчеты приводят к выводу, что центральный церковный бюджет гораздо беднее, чем принято считать, – по моим сугубо предположительным оценкам, он составляет менее миллиарда рублей и является дефицитным. Только не надо отождествлять его с суммарными поступлениями во все приходы, монастыри, епархии, которые финансово самостоятельны и лишь малую толику отчисляют в центр (это, кстати, не касается большей части общин вне России – та же Украина давно ничего не перечисляет в Москву).
Критика, конечно, будет звучать всегда. Мы никогда не избавимся от постов о "патриаршем самолете", которого на самом деле нет, и от призывов содрать золото с куполов, чтобы "раздать его нищим", – подобное требование Иуды известно еще из Евангелия (Ин. 12, 5). Некорректны и сравнения с иными религиозными лидерами. Вот, дескать, Франциск Бергольо периодически ездит на дешевых машинах, но охраняют его так, как патриарху Кириллу и не снилось. Вот патриарх Сербский Павел, говорят, ездил на трамвае – да, иногда ездил, но обычным средством передвижения был "Мерседес", в который я и сам как-то его усаживал. Причем если покойному сербскому святителю ругань и похвалы были безразличны, то нарочитая "бедность" Ватикана очень похожа на плод детально продуманной пиаровской стратегии.
"Статусность", однако, бывает официальная и личная. И вот второй в церкви быть не должно. Публикация данных церковного бюджета призвана похоронить саму возможность нецелевых расходов. Отдых и лечение даже самого высокопоставленного лица не должны обустраиваться за церковный счет. Есть благотворители – пусть помогают, как с тем самым "личным" самолетом. Неуместны и "подарки" иностранцам, которые по стоимости оказались бы больше похоже на взятки. В отношениях с зарубежными церквами главными аргументами должны быть принципиальность, честность, стояние в вере, нетерпимость к отступлениям от нее.
Есть и еще один "аргумент" против открытости: дескать, государство узнает о нас слишком много. Я сам когда-то участвовал в переговорах с различными ведомствами о "нераскрытии" финансовых сведений. Но чем дальше, тем больше понимаю: растущая церковная бедность, усиленная провалом ростовщических инициатив вроде банков "Софрино" и "Пересвет", ничуть не уменьшит к нам уважения. Наоборот, даст стимул к тому, чтобы помочь оздоровить ситуацию – да и просто помочь. Хотя бы призывом поучаствовать в общегуманитарных делах церкви к тем кругам, которые, отнюдь не бедствуя, рассказывают о "баснословных доходах попов на мерседесах".
Протоиерей Всеволод ЧАПЛИН
16 января 2019 г.
|
