|
Электронные СМИ
|
 |
|
09 октября 2006 годаПравая.ру: "Рим на Босфоре"
Идея появления "восточного папы" все более овладевает умами ряда восточноевропейских иерархов. В этом же ряду находятся и чаяния некоторых украинских автокефалистов о переходе украинской церкви под омофор Константинопольского Патриарха.
Сразу несколько "случайно" совпавших по своему смыслу заявлений сделали за последние дни представители различных христианских конфессий.
Первые странности начались на вызвавшем бурю эмоций очередном раунде православно-католического диалога, проходившем в Белграде. В центре внимания оказался более чем серьезный вопрос - о власти в Церкви. Если в римо-католической традиции с этим все давно понятно, то, как оказалось, среди православных здесь единства нет. Выяснилось это как- то случайно и прямо во время подготовки окончательного документа. Неожиданно в него был включен пункт, согласно которому после разрыва общения между Востоком и Западом в XI веке созыв "Вселенского собора" в строгом смысле слова стал невозможен, однако "обе Церкви продолжали созывать общие" соборы, в которых участвовали епископы Поместных Церквей, находящихся в общении с Римским престолом, и Поместных Церквей, находящихся в общении с Константинопольским престолом".
Естественно, что такой подход, ненавязчиво приравнивающий власть Фанара к примату римского понтифика, вызвал возмущение делегата Русской Православной Церкви. Епископ Венский и Австрийский Илларион выступил с рядом принципиальных возражений по данному пункту. Как отметил епископ, в православной традиции "общение с Константинопольским престолом" никогда не воспринималось столь же обязательным условием соборности, каким для западных церквей стало "общение с Римским престолом". Более того, в истории имели место периоды, когда та или иная Поместная Церковь находилась вне общения с Константинопольским престолом, что не мешало ей сохранять полноту кафоличности (соборности).
Так, в частности, в середине XV века, после Ферраро-Флорентийского собора, когда Константинопольский Патриарх находился в унии с Римом, Русская Церковь де-факто приостановила общение с Константинополем, продолжая, тем не менее, находиться в общении с другими Поместными Церквами. Следовательно, как отметил владыка Илларион, утверждение документа о том, что Церкви, находящиеся в общении с Константинополем, продолжали созывать "общие" (т.е. всеправославные) соборы в течение всего второго тысячелетия, не соответствует действительности.
По большому счету, сама мысль о том, что в условиях продолжающегося разделения между Востоком и Западом созыв Вселенского Собора невозможен в принципе, вызывает возражения. Ведь, как известно, Православная Церковь есть Единая, Святая, Соборная и Апостольская Церковь, основанная самим Христом и ни коим образом не утратившая соборности после "великой схизмы" XI века.
Казалось бы все ясно. Инцидент исчерпан, а странные добавления в документ должны быть вычеркнуты. Однако замечания епископа Иллариона неожиданно вызвали резкое противодействие одного из двух сопредседателей Смешанной комиссии митрополита Пергамского Иоанна (Зизиуласа; Константинопольский Патриархат), который настоял на необходимости сохранения упоминания о Константинопольском престоле, наряду с Римским престолом, в тексте документа.
Митрополит Иоанн, в качестве компромисса, предложил внести в текст следующую поправку: "находящихся в общении с Римским престолом, или, хотя это и понималось по-иному, находящихся в общении с Константинопольским престолом". По мнению представителя Московского Патриархата, такая поправка ничего не меняла. Тем не менее, она была поставлена на голосование сопредседателем Смешанной комиссии кардиналом Вальтером Каспером, и большинство православных участников заседания проголосовали за поправку. Представители Московского Патриархата проголосовали, как и ожидалось против.
По окончании дискуссии, епископ Илларион высказал мысль, что подобный механизм работы не является нормальным, так как верующие люди не могут быть путем голосования принуждены к тому или иному богословскому компромиссу или к принятию точек зрения, противоречащих их экклезиологическому самопониманию. Православные участники заседания, по мнению епископа, не уполномочены "изобретать" для Православной Церкви экклезиологическую модель, подобную той, что существует в Католической Церкви, с тем, чтобы Константинопольский Патриарх в этой модели занял место, подобное месту папы в римской Церкви.
Как водится в подобных случаях, каждая из сторон осталась при своем мнении. Епископ Илларион отметил, что модели, подобной римо-католической с главенством Константинополя, в православной традиции не было, и для ее создания нужен, по меньшей мере, Всеправославный собор и согласие всех поместных Православных Церквей. Тем самым, владыка еще раз ясно выразил позицию Русской Православной Церкви по этому вопросу.
Однако на Фанаре эта тема, напротив, получила неожиданное развитие. Вдруг оказалось, что, по мнению Патриарха Варфоломея, недавнее заседание православно-католической богословской комиссии в Белграде открыло путь к обсуждению вопроса примата власти папы, долгое время остававшегося одним из самых сложных пунктов экуменического диалога. Т.е. дискуссия вовсе не была приостановлена, а наоборот - тема взята в "разработку", хотя ее значимость и актуальность неочевидна в нынешних исторических условиях, когда территория Константинопольского патриархата ограничивается одним районом Стамбула, а его реальная независимость от властей иноверного государства, мягко говоря, сомнительна.
Несмотря на это, митрополит Иоанн, который и дискутировал с епископом Илларионом, советует православным христианам преодолевать собственные подозрения в том, "что Римско-католическая церковь заинтересована в распространении на православных власти епископа Рима".
"Мы должны преодолевать этот психологический барьер. Необходимо определенное преобразование... изменение понятия примата. Иначе нам не удастся сойтись", заявил представитель Константинопольского Патриархата.
Уточнений, с кем и кому не удастся сойтись, не последовало. Однако, влияние Фанара, которого он очевидно добивается, стало заметно совсем в другой сфере. Опять-таки, казалось бы, ни с того ни с сего, Архиепископ Тиранский и всея Албании Анастасий обратился к патриарху Варфоломею с посланием, в котором поддержал решение последнего, принять под свою юрисдикцию бывшего епископа Московской Патриархии Василия (Озборна). "Внимательно изучив решение Вашего Святейшества от 8 июня об избрании боголюбивейшего епископа Сергиевского Василия епископом Амфипольским, в ответ на его пожелание и ходатайство, которые он представил перед досточтимым Вселенским Престолом, мы сообщаем Вам, что согласны со всем, что сказано в данном решении, и из глубины сердца возносим наши молитвы, чтобы наш боголюбивейший брат служил своему стаду с непоколебимой верой, во вдохновении Святого Духа, с горячей любовью, к славе Господа нашего Иисуса Христа", говорится в послании архиепископа Анастасия.
Таким образом, очевидно, что идея появления "восточного папы", как это назвал Епископ Венский и Австрийский Иларион, все более овладевает умами ряда восточноевропейских иерархов. В этом же ряду находятся и чаяния некоторых украинских автокефалистов о переходе украинской церкви под омофор Константинопольского патриарха. Кроме того, понятно, что такую "единую" общеевропейскую православную церковь будет намного проще, в том числе и чисто бюрократически, инкорпорировать в структуры создаваемого общеевропейского мегагосударства, куда, к слову сказать, так хочет попасть Турция, гражданином которой является патриарх Варфоломей. Не меньше этого хочет и преимущественно исламская Албания.
Кроме того, появление "восточного папы" и объединение под его властью всех православных значительно упростит путь к новой Унии, которою уже много веков так жаждут в Ватикане, где, как хорошо известно, умеют ждать своего часа и где все еще помнят "славные" времена Феррары и Флоренции. В Константинополе уже давно не считают невозможным такое объединение. Достаточно, в связи с этим, вспомнить снятие взаимных анафем патриархом Афинагором и Папой Павлом VI в 1965 году, которое тогда преподносилось на Фанаре как общеправославное деяние.
Однако и на Фанаре, и в Риме, и в Брюсселе отлично понимают, что самая крупная православная Церковь в мире, Русская, никак не вписывается в эти "интеграционные" планы. Поэтому главной задачей новых "объединителей", в этих условиях, становится ее максимально возможное ослабление, в том числе и путем откалывания различных частей, прежде всего западноевропейских приходов и Украины.
3 октября 2006 г.
|
