|
Новости
|
 |
|
25 декабря 2007 года, 13:09Материалы СМИ: "Новогодняя елка: дознание на фоне эпохи"
Будущего недостаточно.
Старого, нового мало.
Надо, чтоб елкою святочной
Вечность средь комнаты стала.
Чтобы хозяйка утыкала
Россыпью звезд ее платье,
Чтобы ко всем на каникулы
Съехались сестры и братья.
Так писал о рождественской елке Борис Пастернак в стихотворении "Зимние праздники". Но когда, в какой именно день надо установить посреди нашего дома, посреди суетного бегущего времени эту маленькую светящуюся вечность?
По старому и новому стилю
В эпоху равноапостольного Константина, Церковь, только что выведенная им из катакомб в обустроенную и регламентированную языческую Империю, должна была встроиться и в ее сакральное пространство. Праздник Рождества был "назначен" на солнцеворот - пришедший с Востока и популярный в многобожном Риме праздник Непобедимого Солнца - 25 декабря (7 января по новому стилю).
Разница стилей объясняется тем, что год календарный, с какого числа и месяца его ни начинай, не равен в точности году астрономическому. Накапливающиеся из года в год минуты разницы складываются за столетия в дни и сутки. Солнцеворот неумолимо смещается "вперед", в сторону лета, вместе с древнецерковным Рождеством и всем циклом неподвижных православных праздников.
Западная церковная наука, вдохновлявшаяся фаустовским идеалом "покорения природы", попыталась найти математический способ решения вопроса. В отличие от мудрой воли равноапостольного Константина, решение римского папы Григория XIII объявить в 1582 г. пятый день октября пятнадцатым, т.е. вычеркнуть в одночасье из истории неба и земли целых десять дней, было в религиозном и культурологическом смысле чистым произволом. Православные страны остались при старом, юлианском стиле.
Германская гостья
Но откуда, из чьих заповедных лесов пошел сам обычай украшать новогодний праздник именно елкой? Древние германцы первыми превратили елку в новогодний атрибут, а с течением времени вырастили декоративные породы и изобрели елочные украшения. И связано это было с языческим праздником Нового года, называвшимся Йоль (дословно "игрище") и отмечавшимся в середине зимы. (Южные жители измеряют прожитое время числом лет, северные - числом зим).
Германцы считали, что ель - священное дерево, олицетворяющее и бессмертие, и вечную молодость, и столь ценимые воинами стойкость и верность, силу и достоинство. Каждый год в середине зимы, с наступлением праздничных игр, на самую большую и красивую ель в лесу развешивали подарки - жертвы богам, чтобы умилостивить их, получить богатую добычу в бою, приплод скоту, урожай земле. К заснеженным зеленым ветвям подвешивали яблоки, яйца, орехи - символы плодородия, новой жизни, благополучия. Все игрушки были круглые, предвосхищающие наши золотые и серебряные шары. Круглые неслучайно - злые языки утверждают, что самой древней любимой "игрушкой" Йоля были головы пленных врагов.
Потом наступила эпоха христианства, и Йолем стали называть Рождество. Но ритуальной принадлежностью христианского Новогодья даже и в Германии елка стала не сразу. Считается, что впервые праздничная рождественская елка появилась в 1521 году в немецком Эльзасе. Сторонники Реформации ("германского христианства") искали новые символы, которые отличали бы протестантизм от католицизма ("романского христианства"). Согласно легенде, основатель и вождь немецкой Реформации Мартин Лютер однажды в ясный морозный сочельник шел домой через лес. Вдруг он обратил внимание на елку, сквозь хвою которой красиво просвечивали звезды. Это произвело на Лютера такое большое впечатление, что дома он поставил елку для своей семьи и прикрепил к ее веткам свечи. Огоньки свечей напоминали ему звезды на небе. В XVI веке научились немецкие мастера в Саксонии выдувать и стеклянные елочные шары, хотя промышленное производство елочных игрушек началось только в прошлом столетии.
И. В. Гете в изданном в 1774 году романе "Страдания молодого Вертера" описывает елку и ее украшения уже вполне современного вида. "Она (Шарлотта, героиня романа) приводила в порядок игрушки, которые приготовила к празднику своим младшим братьям и сестрам. Он заговорил о том, как обрадуются малыши, и припомнил те времена, когда неожиданно распахнутые двери и зрелище нарядной елки с восковыми свечами, сладостями и яблоками приводило его в невыразимый восторг".
Поскольку период рождественских и новогодних торжеств, как и древнего Йоля, начинался заранее, с Николина дня, традиция прочно связала праздничные подарки, а значит, и елку, под которую их обычно кладут, с Санта-Клаусом (святым Николой).
Два календаря - два мировоззрения
От немцев елочный обряд перешел и в Россию. Еще Петр I издал 15 декабря 1699 года указ, повелевавший "считать Новый год не с 1 сентября, а с 1 января сего, 1700 года, и в знак того доброго начинания и нового столетнего века в веселии друг друга поздравлять с Новым годом". Но рождественская елка, украшенная огнями, появилась в Москве впервые в 1817 году по повелению великой княгини Александры Федоровны, немецкой принцессы, ставшей супругой будущего императора Николая I.
Первая публичная елка была устроена в 1852 г. в Петербурге в Екатерингофском вокзале. Но, как писал в конце XIX столетия А. М. Ремизов, "ни у простого народа, ни в старинных домах старого уклада нет такого рождественского обряда, чтобы в святые вечера зажигать елку... И вот по себе скажу, - наставленный по московской старине нашей, я не знал в детстве никакой рождественской елки... И совсем уже взрослым я увидел в первый раз елку - ее зажгли у нас после всенощной в рождественский сочельник".
Дело, видимо, все-таки не в том, что ель на Руси, как иногда пишут, больше ассоциировалась с похоронной обрядностью, или церковь не желала благословить столичное нововведение как обычай иноземный и языческий. Было и это. Во всяком случае, в годы Первой мировой войны, когда, борясь с "немецким засильем", Петербург переименовали официально в Петроград, Святейший Синод действительно запретил и рождественскую елку, как германскую идеологическую диверсию. Но причины глубже.
Главное, - это различное начало церковного литургического года. У православных он начинается с Пасхи, у католиков и протестантов - с Рождества Христова. Еще более бросается в глаза различие в отношении к праздникам. У нас Пасха - это и есть главный в году праздник. У них - Рождество. К Рождеству приурочиваются и ярмарки, и распродажи, и всяческое веселье. А Пасха проходит почти незаметно.
Две точки отсчета - два способа миропонимания. Видение в духе истории - земными, "римскими" глазами. И видение в духе метаистории - небесными, "Христовыми" глазами. У одних - счет времени. У других - созерцание Вечности.
Здесь, у восточных, как бы проступает, бежит уже по циферблату стрелка Второго Пришествия (отсюда и исихазм, и Серафим Саровский, и фаворский свет). Там, у католиков, - все еще инвентаризация, "перепись населения" Пришествия Первого...
Естественно, после революции елка даже и в самом международном расхожем имидже не могла поощряться советской властью - теперь как "буржуйский" пережиток. В канун Нового года Союз воинствующих безбожников назначал каждый раз нарочитые съезды и семинары, посвященные "задачам антирождественской пропаганды".
После 1928 года пришлось обращаться с предложением к Сталину "вернуть детям елку", которая теперь уже, конечно, будет числиться новогодней, а не
рождественской. Разрешение было получено, но елочные базары еще несколько лет открывать боялись. Елка оставалась запрещенной до середины тридцатых годов, когда появилась идея праздновать не Рождество, а Новый год, вифлеемская звезда стала красной пятиконечной, и под нарядными елками, с Дедом Морозом и Снегурочкой, страна победившего социализма встретила 1935 год от Рождества Христова.
Но даже сам Новый год, день 1 января, стал нерабочим днем только в 1949 году. И лишь с 1954 года стали устраивать "всесоюзную" детскую елку в Георгиевском зале Большого Кремлевского дворца.
Что же было до елки?
Но что было в русском рождественском обряде до того, как появилась в нем немецкая елка? Была звезда, была коляда, было даже - виртуально, в обрядовой песне, и дерево, только совсем другое, которое странно даже и встретить в русском зимнем лесу.
Но давайте разберемся по порядку.
Уродилась Коляда
Накануне Рождества.
Но кто же такая эта Коляда?
Происхождение слова понятно: от латинского "календы" - первый день месяца в римском лунном календаре (от "календ" и само слово календарь: колядарь), а вот смысл имени совершенно неясен.
Конечно, Коляда - никакое не "славянское божество", но какая-то глубокая архаика чувствуется за полузабытым обрядом. "В старину в замосковных селениях в санях возили Коляду - девицу, одетую, сверх платья, в белую рубашку".
Но, что еще интереснее: кроме Коляды, главной принадлежностью рождественских обрядных песен оказывается - нет, не ель, а виноградная лоза!
О святых вечерах - да о Рождественских,
Да виноградие красно-зеленое!
А откуда, скажите, в зимнем новогоднем быту русского крестьянина - да вдруг "виноградие"?
Господи, да ведь это, конечно же, Дионис - бог вина и виноградарства! Русский святочный обряд сохранил нам не только память балканского пребывания славян, но и сами средиземноморские дионисии - празднества греческого бога.
У Христа на елке
Древние пророчества и прообразы, как скажет апостол Павел, "это лишь тень, а тело - во Христе".
Подлинным соединением того и другого, т.е. древней мистерии и ее нового, христианского содержания, стал рассказ Достоевского "Мальчик у Христа на елке". В этом не по-новогоднему грустном рассказе (одном из последних произведений великого писателя) маленький мальчик ходит, замерзая на морозе, по петербургским улицам и, заглядывая в окна, видит повсюду праздник, Новый год, елки: "А это что? Ух, какое большое стекло, а за стеклом комната, а в комнате дерево до потолка; это елка, а на елке сколько огней, сколько золотых бумажек и яблоков, а кругом тут нее куколки, маленькие лошадки; а по комнате бегают дети, нарядные, чистенькие, смеются и играют, и едят, и пьют что-то".
А мальчик умирает от голода и холода. И вдруг слышит:
" - Пойдем ко мне на елку, мальчик, - прошептал над ним тихий голос. Он подумал было, что это все его мама, но нет, не она; кто же это его позвал, он не видит, но кто-то нагнулся над ним и обнял его в темноте, а он протянул ему руку и... и вдруг, - о, какой свет! О, какая елка! Да и не елка это, он и не видал еще таких деревьев! Где это он теперь: все блестит, все сияет.
- Это "Христова елка", - отвечают ему. - У Христа всегда в этот день елка для маленьких деточек, у которых там, на земле, нет своей елки".
Пусть у всех детей будет в России Христова елка. Забудем о ее языческих мистериальных корнях - как южных, греческих, дионисийских, так и северных, мрачноватых германских. С января того самого 1991 года, что принес нашей стране множество плохих и хороших перемен, Рождество Христово стало вновь у нас всенародным государственным праздником, а с Рождеством получила окончательное благословение и Церкви, и государства рождественская, она же новогодняя елка. С семнадцатилетием тебя, тысячелетняя красавица, спасибо за то, что сквозь все препятствия и рогатки на праздник к нам пришла!
Николай ЛИСОВОЙ
"Московская правда"
25 декабря 2007 г.
См. также в рубрике "Мониторинг печатных СМИ".
|
