|
Новости
|
 |
|
07 августа 2013 года, 10:45Материалы СМИ: "Убийства и политические соблазны"
Отец Павел Адельгейм, священник, человек непростой судьбы, непростого характера и находящийся в сложных отношениях с руководством РПЦ, на 76-м году жизни был убит ударом ножа персонажем, который, по версии следствия, уже задержан, дал признательные показания и является невменяемым... по той простой причине, что утверждает, что священника ему повелел убить сам враг рода человеческого. Кажется, он даже ударил себя в грудь ножом, так что находится теперь в реанимации.
Я, честно говоря, предложил бы надеяться не на то, что реального убийцу уже нашли (хотя и это по нынешним временам - успех невероятных масштабов), а на то, что мы не поддадимся соблазну в этом ужасном событии углядеть нечто, что собьет нас с толку. Например, вот был батюшка, хороший и образованный (уверяю вас, все батюшки образованнее судей, и данный конкретный - не исключение), но был всю жизнь диссидентом. Ну как же! В советское время - против (и отсидел, и был сослан), в том числе против иерархов, и теперь тоже руководство РПЦ поругивал. Нет, не по вопросам веры (не еретик и даже не раскольник). А по вопросам социальной политики и социальной активности Церкви. И тут - убили!
А ведь гонения были уже в 2000-е! В далеком 1988-м, когда все располагало к расцвету нашей Церкви как института, "случайно", по его словам, горисполком храм заброшенный ему отдал. И хор был, и школа... И все хвалили. На секундочку, это город Псков, я был там несколько раз в 90-х и 2000-х, менялось все только в церковных уделах. Ах, ну да! Еще Сбербанк построил свое здание, на которое ходили парочки смотреть, пенсионеры и обалдевшие бюджетники...
Потом о. Павла Адельгейма снимали с должностей, а тот судился. Но не тем судом присяжных, к коему я все время призываю, а специальным церковным судом. Судился с архиепископом Евсевием. И после суда оставался уже не настоятелем, а просто священником, но никто его от Церкви нашей не отлучал. И служил он священником в храме. И преставился, стало быть, он клириком Православной церкви.
Сейчас так и хочется многим вспомнить смерть о. Александра Меня, убийцу которого так и не удалось найти. Мень тоже был как бы оппозиционером и как бы диссидентом. Даже среди неверующей молодежи в 1990-м он вдруг стал культовой фигурой. И хочется многим задать вопрос: "Убили диссидента, значит что?". Мне так и вспоминается моя учительница истории и обществоведения, которая, диктуя нам финальный тезис урока, спрашивала: "И что?". Когда она была в хорошем настроении, она именно это и спрашивала эдак игриво... Но означало это "что" повышение роли партии на "данном этапе".
Все же давайте не будем забывать, что "диссидентство" и "культовость фигуры" никогда и никакого отношения к Церкви не имели. Равно как и повышение роли какой угодно партии на каком угодно этапе. Как раз все наоборот. Это Церковь (если хотите международные сравнения - община, конгрегация, деноминация и проч.) может иметь отношение к происходящим в обществе событиям и изменениям. Это прихожане имеют право требовать изменений в Церкви, ее обновления, ее более активного участия в жизни страны, а не те личности, которые в Бога и не веровали никогда. Уж тем более те, которые пытаются использовать несогласных (но не отлученных) священников в политических баталиях.
А ведь о. Павел ничего антиправославного не говорил. К расколу не призывал, ересям не учил. Против руководства РПЦ высказался - было дело, корреспондентам. Но ведь не в храме и не на проповеди. Приехал к нему один очень оппозиционный корреспондент одного очень оппозиционного канала, и тот выдал: "Это ведь противостояние гражданского общества и РПЦ".
Казалось бы! Корреспондент добыл именно то, что надо, именно в тот злосчастный 2012 год, когда политтехнологическая разводка вокруг тех плящущих охальниц, коих охранители считали попирателями основ (и откуда только что взялось?), сработала, а оппозиционные гранды (еще недавно вот-это-все-вокруг-придумавшие) вовсю вопили о "клерикализации общества" и ничего, кроме часов патриарха, не обсуждали, но... Интервью было в октябре 2012 года, и уже никому это было не интересно. Забыли. Вспомнили-вытащили только сейчас.
Но давайте хотя бы сделаем четыре вещи. Во-первых, перестанем отделять христианство от демократии. Во-вторых, прекратим порочную практику противопоставления православия и рыночной экономики. В-третьих, все же признаемся себе, что обновление Православной церкви нам жизненно необходимо (кто его будет осуществлять - другое дело). В-четвертых, давайте дадим душе отца Павла хотя бы 40 дней, чтобы она упокоилась.
<...>
Дмитрий ДРОБНИЦКИЙ
"Известия"
7 августа 2013 г.
Полный текст статьи см. в рубрике "Мониторинг печатных СМИ". |
