|
Новости
|
 |
|
02 апреля 2014 года, 10:42Материалы СМИ: "Крестный поход. Настоящая русская идея - не имперская ностальгия. Это идея всеобщей справедливости. И вот тут у власти могут начаться проблемы"
Сегодня Россию населяет другой народ - воодушевленный, воцерковленный и одержимый. Он мало чем напоминает тот унылый и забитый народец, который жил здесь всего лишь месяц назад. Если бы я был Гоголем, то написал бы о русской птице-тройке, которая понеслась с места в карьер. Но я не Гоголь, хоть и родился в Украине, и живем мы во времена, когда "железный конь пришел на смену крестьянской лошадке". Однако удаль молодецкая осталась еще, конечно. И когда крутой водила повернул заржавевший ключ зажигания, то раздолбанные "Жигули" поперли вперед, словно танк. Пока все внимание и лавры достались лихому шоферу. Но по-настоящему гораздо большего внимания заслуживает взбодренная им "русская машина", которая то ржавеет десять лет в гараже, то мчится бешеным аллюром по украинским степям.
Русские моторы
Конечно, Путин зажег Россию. Но надо признать, что раз зажег, то было чему гореть. На первый взгляд есть в единодушном стремлении русского народа вернуть себе Крым что-то детское и непосредственное. Тут и Олимпиада сыграла свою роль, потому что присоединение Крыма воспринимается многими по инерции в спортивном ключе, как выход в четвертьфинал, как победа московского "Спартака" над киевским "Динамо". Но это только поверхностное впечатление. Речь идет вовсе не о сиюминутной страсти, которая вспыхнула невзначай. Путин разбудил в душе русского народа зверя, который долго томился в неволе, зато теперь готов вволю порезвиться. Зверя этого зовут "русское мессианство".
Русское мессианство бездонно. Его корни так глубоки, что докопаться до них практически невозможно. Они спрятаны далеко в Византии, в третьем Риме, в панславизме и в коммунистическом интернационале, в конце концов.
Русские не исполняют миссию (тем более что она невыполнима), они ею живут, они - ее функция. Миссионерство было (и, видимо, остается) движущей силой русской истории. Конечно, русские не единственный в мире народ, который так зацепила мессианская идея, но они, безусловно, стоят в первой шеренге среди самых отчаянных. Миссионерство - это русское подсознание, русский безусловный рефлекс. Все, кто умел читать книгу русской истории, об этом помнили и с напряжением ждали, когда рефлекс сработает. Дождались.
То, что в русском сердце снова проснулась мессианская идея, неудивительно. Удивительно то, что она проспала так долго - целую четверть века. Для русского культурного кода это безумно долгий срок. Объяснить такую длинную паузу можно только глубокой депрессией и историческим шоком, который русский народ пережил после распада СССР, когда от советской империи сразу отвалилась почти четверть территории и чуть меньше половины населения. В 1991 году русский народ был поставлен перед фактом, однако смысла и значения произошедшего не осознал и не принял, затаив в сердце обиду. Обидой этой втайне питалась все эти годы мессианская идея.
Американский бензин в костер мессианства
Русский танк заправлен американским топливом. Если уж Россия - "большая автозаправка", то США последние двадцать пять лет были для нее главным поставщиком "бензина". Именно благодаря их усилиям в России возник Веймарский синдром, который пробудил в русской душе те же инстинкты, которые двигали немцами после поражения в Первой мировой войне.
Двадцать пять лет американцы "троллили" Россию. Победители в холодной войне не были слишком щепетильны. Никакого "плана Маршалла" России не предложили. Напротив, она стала донором экономического подъема на Западе, позволив отсрочить там экономический кризис почти на два десятка лет. США не считали нужным идти навстречу интересам России ни по одному из психологически значимых для нее вопросов, превращая умирающую империю в безмолвного свидетеля уничтожения ее бывших союзников. При этом следование нормам международного права со стороны Запада действительно было весьма казуистичным. Как бы ни относиться сегодня к Путину, но отказать ему в логике полностью нельзя. Весьма спорная во всех отношениях политическая доктрина "права нации на самоопределение" применялась Западом неделикатно и избирательно, то есть в зависимости от того, о какой именно нации идет речь.
Украина внесла свою лепту в этот "троллинг". Получив Крым в качестве отступного от ельцинских "либералов", мало чем отличавшихся от сегодняшних украинских "радикалов", Украина очень быстро забыла о "трофейном" происхождении этой территории. Историческим курьезом выглядели торги по поводу военно-морской базы в Севастополе, за которую Россия платила Украине так, как будто бы это была американская база на Филиппинах. Все эти годы сменяющие друг друга украинские правители занимали одинаково двусмысленную позицию, требуя от России экономической поддержки и одновременно демонстрируя свою политическую лояльность США. При этом время от времени в Киеве случались приступы русофобии, которые провоцировали ускоренную украинизацию в регионах, заселенных русскими и русскоязычными украинцами. Особенно остро это ощущалось все в том же Крыму, где к середине нулевых от первоначально обещанной автономии практически ничего не осталось.
С высоты сегодняшнего дня можно утверждать, что на самом деле холодная война не прекращалась все это время ни на минуту.
Она просто стала менее интенсивной, выродившись в cold war light. В определенном смысле мир даже стал сейчас более честным. Два десятилетия американцы притворялись, что сотрудничают с русскими, а русские делали вид, что разделяют американские ценности. И то и другое было ложью, и сейчас эта ложь вылезла наружу. Можно долго спорить о том, кто в каждом конкретном случае был прав, а кто виноват, но трудно оспаривать то, что русские не смирились с поражением и все это время воспринимали свое положение как унизительное и оскорбительное, затаив в душе "свинство".
<...>
"Новая газета"
Владимир ПАСТУХОВ,
доктор политических наук
2 апреля 2014 г.
Более подробно см. в рубрике "Мониторинг печатных СМИ". |
