|
Новости
|
 |
|
22 мая 2006 года, 11:15Материалы СМИ: "Надо ли смотреть "Код да Винчи"
Говорят, у академика Сахарова был вот такой любимый анекдот. В рай вводят свежепоступившую партию праведников. Демонстрируют им местные достопримечательности, знакомят с выдающимися личностями. "А это, - говорят, - сама Дева Мария...". Праведники валятся ниц: "Ах, как вы прекрасны! Примите нашу благодарность за Сына, он столько сделал для человечества!". - "Спасибо, спасибо... Но если бы вы знали, как мы с мужем хотели девочку...".
Создатели "Кода да Винчи" - книжного, но особенно киношного - так хотели девочку, что про мальчика забыли напрочь. Главная нелепица фильма - разговоры про анализ ДНК, который можно провести, когда саркофаг с останками Марии Магдалины будет наконец найден. Браун в подобную конкретику не впадает. Он хочет, чтобы и в случае с апокрифом мы не выходили за пределы веры. Иначе получается какая-то ерунда. Даже если у Марии Магдалины были дети, где доказательства, что они - от Христа? И каким образом анализ материнской ДНК способен подтвердить эту сенсационную версию? Вообще - если Христос был "великим, но человеком", почему не ищут главный артефакт - его могилу? Могилу отца - в бытовом смысле слова...
Два года назад я смотрела "Страсти Христовы" - в том же кинотеатре, на том же сеансе, в один из первых прокатных дней. Даже сезон почти совпал: фильм Гибсона выпустили в российский прокат на Страстной неделе. Ажиотажа, сравнимого с нынешним, тогда и в помине не было. Полупустой зал, никаких очередей в кассу - иди и смотри. "Код..." собирает толпы, и совершенно очевидно, что зритель в большинстве своем заинтригован не "ересью" Дэна Брауна, а детективным сюжетом. Что касается духовной составляющей, под поп-корн все потребляется за милую душу - и догматы, и апокрифы.
Я искренне не понимаю, почему сборная кинокритиков встретила фильм Рона Говарда дружным свистом. При всех оговорках это мощное кино, которое смотрится на одном дыхании. За два с половиной часа дезертиров в зале не обнаружилось. Правда, фильм очень плохо дублирован - блеклые голоса убивают текст, и без того далекий от вершин изящной словесности.
Аудитория "Кода..." делится на апостолов и неофитов. Речь не о христианстве, конечно, а о "браунизме"... Кто прочитал книгу и остался к ней равнодушен, фильм смотреть не пойдет. Пойдут те, кто не читал, но слышал звон, и ревностные поклонники - сверить трактовку Говарда с партитурой...
Разночтений обнаруживается множество. Начнем с того, что Хэнкс (так слабенько раньше не игравший) абсолютно не похож на книжного Роберта Лэнгдона. Интеллекта ему не хватает.
Видимо, Говарду нужны были типичный американец - с лицом простым, как сама правда, и типичная француженка: ушки торчком, ножки-макаронины и темные, как вишни, глаза. Цвет, для потомков Христа совершенно неподходящий...
Два криптекса сократились до одного. В зашифрованном слове вместо пяти букв - шесть. Походные лекции Лэнгдона сведены к минимуму: всякий зритель обязан знать либо догадаться, что такое анаграмма, артефакт и последовательность Фибоначчи.
Из "Кода..." получился бы роскошный сериал. Для фильма, даже смонтированного в торопливом клиповом режиме, роман слишком громоздок. Но сериал - жанр телевизионный, а растянуть "ересь" на несколько вечеров и собственноручно доставить ее в каждый дом - тут уж точно скандала не оберешься. Крестовый поход может начаться.
Детективная интрига в картине - по сравнению с книжкой - усилена и подкручена. В качестве подозреваемого зрителям настойчиво подсовывают инспектора Фаша (Жан Рено), который для пущей убедительности причислен к секте "Опус Деи". Йен Маккелан в роли Лью Тибинга - один из немногих, кто в спешке ухитрился создать характер, так что лицо истинного злодея маячит вполне явственно.
Про сексуальный ритуал в доме Жака Соньера рассказывается мельком и весьма целомудренно. Анаграммы переведены по-новому. Другую форму имеет заветный ключ от банковского сейфа. Монах-альбинос, на мой взгляд, недостаточно страшен, зато епископ Арингароса - чудовищно несимпатичен. У Брауна он заблуждающийся, у Говарда - фарисей. Любопытный нюанс: Браун явно не хотел портить отношения с Ватиканом - в книге поминаются здравый смысл, мудрость и честность Иоанна Павла II. Говард предпочитает хранить свое благополучие прямо на небесах - спасение Лэнгдона и Софи от пули Сайласа не обошлось без божественного вмешательства. Белые голуби, внезапно вспорхнувшие под сводами Темпл-черч, отвлекли убийцу...
Софи Неве лишилась брата - на него времени не хватило. Ну и обещанная близость между главными героями при данных обстоятельствах невозможна. Простецкий Лэнгдон - Хэнкс смотрит на девушку "царской крови" с таким пиететом, что секс, о необходимости и естественности которого говорили два с половиной часа, тут совершенно исключается...
Царская кровь, аристократия плоти - нет ничего, что в большей мере противоречило бы самой сущности христианства. Будучи человеком невоцерковленным, так сказать, "стихийной" христианкой, я смотрела фильм Говарда со смутным чувством печали и обиды. От книжки такого послевкусия не было. Почему? Потому что книга для нас - предмет науки ("книжный человек" - ученый человек), а наука призвана задавать вопросы и сомневаться. Искусство относится к области веры. Если у Христа были дети, значит, мы все его детьми не являемся. Если Христос - "великий, но человек", значит, миллионы людей ежедневно отправляют свои молитвы в пустоту, в никуда. С этим трудно смириться.
Не то что Христа, мы и Шекспира не хотели отдавать. Что это значит: Шекспир вовсе не был Шекспиром, и никогда такого человека не существовало?! Или, представьте, нам скажут: "Пушкин "Евгения Онегина " не писал. Зато в разных точках России и ближнего зарубежья обнаружилось еще 25 потомков великого поэта...". Эй, ребята, так не пойдет! Слишком неравноценный обмен.
Заберите назад потомков и отдайте нам "Онегина". Потому что чьи бы то ни было жены, дети и прочие родственники никакой исторической ценности не представляют. Как великолепно сформулировал когда-то Влас Дорошевич: "В литературе жена Достоевского - это только "однофамилица Достоевского"... Если трудно жить без Шекспира и Пушкина, то каково - без Христа?
Фильм Рона Говарда, безусловно, может поколебать неустойчивых, обидеть истово верующих и нанести урон любой ортодоксальной христианской конфессии. Но сделать зрителей хуже он не может. Потому что при одном намеке на такое глобальное сиротство человек, как испуганный ребенок, еще сильнее тянется к Богу. Если на улицах Москвы с плакатов смотрит Джоконда, а публика, до одури пропахшая попкорном, расходится, громко обсуждая Христа и Магдалину, Говарду можно только сказать спасибо.
Артем АЛЕКСАНДРОВ, Ольга ПАВЛИКОВА
"Известия"
22 мая 2006 г.
См. также в рубрике "Мониторинг печатных СМИ" |
